Но пропаганда есть пропаганда. И вот уже Президент МЦР Г. Печников проповедует Патриарху: "Мы считаем великим грехом предавать анафеме людей только за их внутренний образ мыслей, потому что по-христиански глубоко почитаем свободу совести каждого человека".
Во-первых, то, что Печников считает "великим грехом", рекомендуется Еленой Рерих.
Во-вторых, Печников выставляет себя большим христианином, чем ап. Павел, по чьему совету и поступила Церковь: "Еретика, после первого и второго вразумления, отвращайся"(Тит. 3,10).
В-третьих, отлучение от Церкви не есть нарушение "свободы совести". Если, близко ознакомившись с чьим-то"внутренним образом мыслей", я перестаю принимать носителя этих мыслей в своем доме — это не значит, что я становлюсь злостным нарушителем"прав человека". Если я кого-то не пустил на порог своего дома — это не значит, что я его преследую.
Ай, как лукавит диакон Андрей. Какая некрасивая аргументационная подтасовка. Подмена института на личность - это любительский полемический прием, из разряда весьма некрасивых, но тем ен менее (а может, потому и) действенных.
Отождествление персональной акции, акции, предпринятой одним человеком, обладающим ограниченным влиянием и кругом общения, не обладающим аппаратом оказания давления - и акции, предпринятой огромной организацией, обладающей всеми возможностями (и охотно их использующей), акции, влекущей за собой остракизм и ославление - это у нас одно и тоже, оказывается, никакой разницы.
Ниже диакон невозмутимо оперирует понятием "наказание" (основная посылка, как я понимаю, отделить понятие "анафемы" от понятия "проклятие"), ни в малой степени не задумываясь, насколько понятие наказания вместимо в личностную акцию, которая служит сравнительным примером.
Заметим, что я по сути вопроса не говорю ровным счетом ничего (как ни странно, у меня тоже в голове туговато укладываются христианство как духовная практика и рериховская теософия единовременно). Я исключительно о полемических приемах. Фу, как неприятно.