Виртуальная трусость
Feb. 3rd, 2004 05:05 pmПомню, на Ордынке был один из бесконечных разговоров о Сталине, и Вольпин поделился с нами таким воспоминанием.
Их везли в телячьем вагоне, человек тридцать столичных интеллигентов и восемь уголовников. У "политических" была с собой теплая одежда, еда на дорогу и все прочее, а у тех, разумеется, ничего. Урки сразу же выдвинули ультиматум - платить определенную дань. Интеллигенты взялись обсуждать это требование, и Вольпин дал совет: пойти на все их условия. Но большинство решило так: нас много, их мало, - а потому ультиматум был отвергнут.
В первую же ночь урки набросились на интеллигентов с железными прутьями, жестоко их избили и отобрали вообще все вещи. После этого "политические" принялись рассуждать, отчего они не смогли дать грабителям отпор, несмотря на внушительное численное преимущество.
Вольпин говорил:
- Я им тогда пытался объяснить. Наши возможности заведомо не равны. Я ради того, чтобы сохранить свой чемодан, урку не убью, не смогу убить. А он ради моего чемодана меня убьет, он с тем и идет. А потому исход всегда предрешен, всегда в его пользу.
Это из "Легендарной Ордынки" Ардова.
Я хочу сказать, что есть ряд людей, с которыми я никогда не вступаю в полемику. Или, раз вступив, сразу выхожу. Если я понимаю, что этот человек пользуется средствами в споре, которых я себе позволить не могу, я не вступаю, да. При этом, надо сказать, попытки "сыграть" в эту готовность и попробовать без действительной внутренней готовности драться на чужом поле - все равно что кислое вино в пост - и душе вред, и телу отрава (не помню, кто сказал). то есть сам перемажешься до омерзения к собственному отражению в зеркале и все равно будешь, условно говоря, убит за пиджак. Ты действительно должен быть готов к тому, чтобы ткнуть собеседника заточкой.
Не знаю, как это точнее сказать. Есть вещи, за которые я, наверное, действительно могу убить или по крайней мере действовать не помня себя. Но это не пиджак. И назвать я их могу, только исходя из реального опыта, который, к счастью, небогат, но к несчастью, имеется.
И - прошу никого не хвататься за шапки. Я ни о ком. Я в пространство. Обобщенно.
Их везли в телячьем вагоне, человек тридцать столичных интеллигентов и восемь уголовников. У "политических" была с собой теплая одежда, еда на дорогу и все прочее, а у тех, разумеется, ничего. Урки сразу же выдвинули ультиматум - платить определенную дань. Интеллигенты взялись обсуждать это требование, и Вольпин дал совет: пойти на все их условия. Но большинство решило так: нас много, их мало, - а потому ультиматум был отвергнут.
В первую же ночь урки набросились на интеллигентов с железными прутьями, жестоко их избили и отобрали вообще все вещи. После этого "политические" принялись рассуждать, отчего они не смогли дать грабителям отпор, несмотря на внушительное численное преимущество.
Вольпин говорил:
- Я им тогда пытался объяснить. Наши возможности заведомо не равны. Я ради того, чтобы сохранить свой чемодан, урку не убью, не смогу убить. А он ради моего чемодана меня убьет, он с тем и идет. А потому исход всегда предрешен, всегда в его пользу.
Это из "Легендарной Ордынки" Ардова.
Я хочу сказать, что есть ряд людей, с которыми я никогда не вступаю в полемику. Или, раз вступив, сразу выхожу. Если я понимаю, что этот человек пользуется средствами в споре, которых я себе позволить не могу, я не вступаю, да. При этом, надо сказать, попытки "сыграть" в эту готовность и попробовать без действительной внутренней готовности драться на чужом поле - все равно что кислое вино в пост - и душе вред, и телу отрава (не помню, кто сказал). то есть сам перемажешься до омерзения к собственному отражению в зеркале и все равно будешь, условно говоря, убит за пиджак. Ты действительно должен быть готов к тому, чтобы ткнуть собеседника заточкой.
Не знаю, как это точнее сказать. Есть вещи, за которые я, наверное, действительно могу убить или по крайней мере действовать не помня себя. Но это не пиджак. И назвать я их могу, только исходя из реального опыта, который, к счастью, небогат, но к несчастью, имеется.
И - прошу никого не хвататься за шапки. Я ни о ком. Я в пространство. Обобщенно.