redtigra | Вот еще, до кучи

Давно собираюсь записать, все не соберусь.

Когда я была совсем маленькая, до школы еще, я посмотрела "Журавля и цаплю" Норштейна. Есть там такой кадр: на какой-то определенной итерации, далеко не первой, приходит журавль делать предложение, и в крыльях у него блюдце с ягодами. И когда ему отказывают, крылья у него опускаются, блюдце падает, и ягоды катятся по земле. Вечером я не могла заснуть и ревела в постели. мама с трудом выяснила, что я плачу из-за журавля - так меня потряс этот жест какой-то полной безнадежности. Сейчас я бы предположила, что он пойдет вешаться (и ошиблась бы, как мы знаем). Норштейн - гений, без дураков.

Есть такой забавный фильм - "Мулен Руж". Несмотря на страшную сопливую затянутость, его очень стоит посмотреть. Во-первых, он отлично поставлен. Во-вторых, я вообще люблю всякие трибьюты, а там они раскланялись со всеми, до кого дотянулись - и с битлами, и Меркьюри, и со Стингом и даже - вот уж редкость - с Боуи. Но я, собственно, не к тому. Я, собственно, к конкретной сцене, где несчастный главный герой (да, уже сопли, да) истошно кричит у дверей театра. При этом он очень потешно "приседает на задние ноги".

Этот же жест можно наблюдать в отличном клипе Фармер "Sans Conterfacon", в самом конце, когда кукольник кричит вслед уезжающей цирковой повозке, и в руках у него снова деревяшка, и все кончилось, только ветер и грязь. Он надсаживается от надрывного крика, который угадывается по вот этому характерному приседанию на полусогнутых.

Если бы не знать, отчего это, со стороны выглядит забавно, даже смешно. Стоит, приседает.

Горе равнодушно к внешнему. Мне нравится, когда те, кто об этом говорят, не затушевывают эту неэстетичность и даже потешность. Это правильно.

Что-то я маловнятна сегодня. И мрачна, кажется, излишне.