Мидраш рассказывает устами Раби Вейсмана:
Адам был творением рук Ашема и, следовательно, физически совершенным. В
мир он явился уже обрезанным. До своего прегрешения он был так велик ростом,
что не только доставал до небес, но и заполнял собой весь мир. (Т.е. в Адаме
была заключена сущность всего, что сотворено). Краса его сверкала так, что
даже после его смерти самая низменная часть его тела затмевала собой солнце.
Мне вспомнилась некая шальная тетенька, лежавшая со мной в одной палате боткинских бараков. Совершенно спившаяся крошечная тетка, с высшим юридическим (когда-то) образованием и даже вроде с отсидкой (сбила кого-то, буучи за рулем) отличалась на удивление веселым нравом, бойким языком и запасом баек, щедро и к месту приправленных ненормативной лексикой. Так вот, у нее было выражение, описывающее прихождение в себя с похмелья. Звучало оно - выражение - следующим образом:
Через хуй зарю не видно.
Удивительное фактологическое соответствие. А тетенька вроде не семитская была ни разу. Заговор, натурально, заговор.
Адам был творением рук Ашема и, следовательно, физически совершенным. В
мир он явился уже обрезанным. До своего прегрешения он был так велик ростом,
что не только доставал до небес, но и заполнял собой весь мир. (Т.е. в Адаме
была заключена сущность всего, что сотворено). Краса его сверкала так, что
даже после его смерти самая низменная часть его тела затмевала собой солнце.
Мне вспомнилась некая шальная тетенька, лежавшая со мной в одной палате боткинских бараков. Совершенно спившаяся крошечная тетка, с высшим юридическим (когда-то) образованием и даже вроде с отсидкой (сбила кого-то, буучи за рулем) отличалась на удивление веселым нравом, бойким языком и запасом баек, щедро и к месту приправленных ненормативной лексикой. Так вот, у нее было выражение, описывающее прихождение в себя с похмелья. Звучало оно - выражение - следующим образом:
Через хуй зарю не видно.
Удивительное фактологическое соответствие. А тетенька вроде не семитская была ни разу. Заговор, натурально, заговор.