redtigra | хорошая новость с задержкой

Счастливую лошадь вы легко распознаете по уверенному выражению лица.
(c) какая-то книжка про лошадей

Обещала пятничные хорошие новости, чтобы закрыть неделю. В пятницу я заснула как бревно, а потом ждала фотографии с субботних соревнований, чтобы контраст был виднее.

Бона, Боничка, Бонька у Мины давно. Они соревновались вместе, и довольно успешно, а полтора года назад Бонька сделала хозяйке подарок, о котором мечтают все конедержатели - жеребенка, кобылку Корветку, такую же чешскую теплокровную, как мама и папа.

Как и положено, полгода Бонька провела при жеребенке, а потом отправилась нагуливаться обратно на вольный выпас.

Я с ней познакомилась в мае, когда ее перевезли с выпаса на Хабы, в нашу нынешнюю конюшню. В середине апреля, когда мы обсуждали переезд, Мина, вздохнув, сказала:

- Буду искать Бонечке хорошие руки на рекреационную езду (то есть не на профессиональный спорт). Не потянуть мне столько лошадей держать, денег не хватит. Ну ладно, привезем, посмотрим, что и как.

Сам перевоз я не застала - была на папиной операции в Дюссельдорфе. Приехав, позвонила Минке договориться о следующей езде и начала разговор с обычного "Як се маш", как дела, то есть. У меня дела отлично, а вот Боньку привезли в ужасном состоянии, сказала Мина мрачно-озабоченно.

На следующий день я выяснила, что Мина не преувеличивает ни на грамм. В стойле стоял живой скелет, облепленный клочьями полуперелинявшей шерсти. Предложенную морковь кобыла чуть не отхватила вместе с рукой, сильно ударившись грудью о дверь денника.

Смотреть на это было страшно. Бонька могла играть Кладбищенскую лошадь без допподготовки.

У меня не такие близкие отношения с Миной, чтобы выяснять, как так вышло. Как я понимаю, на выпасах лошадей направленно не кормят, иногда только привозят сено в большую кормушку. То ли Бонечка была все еще слаба после жеребенка и не могла отвоевать свою долю, то ли в чем еще дело - но все это время она не доедала, и не доедала жестоко. В любом случае, это большое пятно на репутации хозяев выпаса.

"Земля лошадей", как именуется наша конюшня, в полном составе встала на уши. Лошадь в таком истощении - это не фунт изюму, особенно такая большая - Бонька больше Мити, она действительно огромная. Кости прорывают кожу, язвы гноятся. Ноги держат плохо, поэтому лошадь засекается, и засечки тоже гноятся. Кормить нужно осторожно, постепенно, чтобы не спровоцировать колику, которую лошадь в таком состоянии не переживет.

Девочки-школьницы вообще от нее отходили мало и неохотно. Одна из них, Барушка, тонкая девчоночка редкой красоты, в итоге задружилась с лошадью так, что их водой не разлить. Боньке все привозили питание, гранулы, подкормки. Ее гуляли неспешным шагом или рысью на корде столько, сколько она могла. Все заезжавшие приберегали яблоко или печенюшку для тощей черной кобылы.

Через месяц лошадь начала наставлять ушки при виде препятствий на площадке.

Я люблю "было-стало". Так что если вам интересно, как было, а как стало - прошу под кат. Фото слеплены наскоро, и обе не моего авторства, но наглядны. Последнее фото - от субботы, с хобби-соревнований, Барушка с Бонькой прыгают паркур 60 см.

Где-то с середины июня временами на ней езжу и я. Она норовистая, ОЧЕНЬ высокая, норовит полентяйничать, после жеребенка пока не расходилась - приходится вешать специальную сбрую, который не дает ей волочить задние ноги. Она перестала выхватывать морковь с мясом. Она не любит, когда ей трогают голову, и, взнуздывая, ей нужно топать пальцами по щеке снизу вверх - тогда она успокаивается. Я опасаюсь ее куда больше, чем Митьки - к Митьке я привыкла, он уже почти мурчит, когда мы видимся. И при этом у нее чудная хитрая морда, шелковые огромные уши, а когда она несется галопом - "Заводник!", говорит Мина, спортивная, то есть лошадь, - ветер свистит в ушах, и адреналин через эти самые уши переплескивается. Она чудесная, и я к ней ужасно привыкла.

***
В пятницу я заскочила на конюшню просто так, почесать лошадей, может, отшагать кому лошадку перед тренировкой. Мина работала в манеже, и потому, когда за оградой появилась пара - он, выбритый налысо, сильно пожилой, и она, думаю, около сорока, очень худая, и потому возраст не сразу виден - попросила меня принести гостям седло и уздечку на Боньку. Я принесла, предложила заседлать, но мужик вежливо отказался, сказал, что он сам.

Настроение у меня почему-то испортилось.

Увернувшись от тренировочной корды, я проскользнула к Минке в центр круга.

- Это кто? - мрачно спросила я.

- Эти двое? - Минка пощелкала языком, чтобы лошадь не теряла рысь. - Они Митю арендуют на тренировки. А я про них забыла сегодня, возьмут Боньку разок.

Кажется, я вслух выдохнула.

- Я думала, ты ее продавать решила...

- Боньку-то? - Минка улыбнулась до ушей. - Не. Не продам я Боньку. На это у меня нету сил. Моя кобыла.

И это была отличная новость.