Новое в биологии
Dec. 16th, 2010 03:37 pmВпечатления российского болельщика, приехавшего в Прагу на матч Спарта-ЦСКА via
ondrej:
Сухого закона в Праге во время футбола нет. Ситуация, когда в Химках на полдня прекращают продажу спиртного или закрывают продуктовые вообще (более того, порой репрессиям подвергают даже ювелирные и колбасные лавки), чехам даже в страшном сне не приснится. Распивают прямо у стен стадиона. Но пьяными выглядели почему-то только наши. Хотя, может, я просто предвзят. Или чешский народ такой: на футболе собирает волю в кулак, приходит домой - и падает прямо на пороге.
Всяко хотела записать, вот записываю.
Нас осталось трое. Остальные кто где - кто в Африке, кто в Белоруссии, а мы трое - ренегаты и потому сидим дома. Ренегаты - поскольку я и Радован уходим с января, а Ладя - Ладислав - с февраля.
В силу специфики нашей организации на работе нам делать нечего - если мы не на выезде, мы де факто бесполезны. Мы ходим обедать в окрестные господки, пьем пиво и болтаем обо всем на свете.
- Слышали, что делается в Москве? - спрашиваю я.
Нет, конечно, они не слышали. Что им та Москва. Я рассказываю кратко на своем убогом чешском, обещаю прислать фотографии.
Ладя похож одновременно на Клэптона пятнадцатилетней давности и большого пса из мультика "Вук".
- Чехи, - говорит он, любовно поглаживая поллитровый бокал "Рихтаржа", - такого не сделают. Они пиво пьют. Им некогда.
Подумав, добавляет:
- К тому же пиво успокаиваюше действует на нервы.
Из чего только сделанымальчикичешские нервные клетки, интересно мне знать...
Сухого закона в Праге во время футбола нет. Ситуация, когда в Химках на полдня прекращают продажу спиртного или закрывают продуктовые вообще (более того, порой репрессиям подвергают даже ювелирные и колбасные лавки), чехам даже в страшном сне не приснится. Распивают прямо у стен стадиона. Но пьяными выглядели почему-то только наши. Хотя, может, я просто предвзят. Или чешский народ такой: на футболе собирает волю в кулак, приходит домой - и падает прямо на пороге.
Всяко хотела записать, вот записываю.
Нас осталось трое. Остальные кто где - кто в Африке, кто в Белоруссии, а мы трое - ренегаты и потому сидим дома. Ренегаты - поскольку я и Радован уходим с января, а Ладя - Ладислав - с февраля.
В силу специфики нашей организации на работе нам делать нечего - если мы не на выезде, мы де факто бесполезны. Мы ходим обедать в окрестные господки, пьем пиво и болтаем обо всем на свете.
- Слышали, что делается в Москве? - спрашиваю я.
Нет, конечно, они не слышали. Что им та Москва. Я рассказываю кратко на своем убогом чешском, обещаю прислать фотографии.
Ладя похож одновременно на Клэптона пятнадцатилетней давности и большого пса из мультика "Вук".
- Чехи, - говорит он, любовно поглаживая поллитровый бокал "Рихтаржа", - такого не сделают. Они пиво пьют. Им некогда.
Подумав, добавляет:
- К тому же пиво успокаиваюше действует на нервы.
Из чего только сделаны