О спонтанных вербализациях
Oct. 2nd, 2004 08:50 pmУ нас это, видимо, семейное.
Выскочила я тут третьего дня с работы. Охарактеризовать общее состояние словом "устала" можно было примерно с тем же успехом, с каким определение "довольно большой" покрывает Гранд Каньон. Подошла к машине и... поняла, что меня "заперли". Хорошо так заперли.
Добавим деталь номер один: на улице сумерки, то есть время, в которое я, как и большинство близоруких людей, вижу посредственно, а с габаритами у меня и так не фонтан. Деталь номер два - три недели назад я растянула запястье левой руки, недолечила, теперь она орет благим матом при каждой попытке малейшего вращательного движения или нагрузки - а остаться практически с одной рукой за рулем заднеприводной "класиики", да еще и при необходимости маневрировать на месте - ой-ой-ой, словом. Кроме шуток, я едва не ревела - от боли, от невозможности уехать домой немедленно, от злости на то, что из-за какого-то паршивого невоспитанного мудака мне придется сейчас бросать машину и ехать домой так, с довольно увесистым ноутбуком в рюкзаке, а я не ела целый день, и долгожданный ужин, не говоря уж о возможности залезть под мышку любмому мужу, откладывается - едва не ревела и пыталась вывернуться. Похоже, безнадежно.
(Разучилась рассказывать без отступлений... ну черт с ним. Читала в каком-то журнале отчет об испытаниях корейской "КИА". Испытатель сетовал, что ее поставляют без гидроусилителя, и у него разболелись мышцы, пока он полчаса нарезал круги. Я, три года, повторюсь, водящая родную "классику" (а есть ведь женщины, которые"Ниву" водят, у меня во френдах минимум одна!), с изумлением считывала буковки и испытывала желание пойти посмотреть на испытателя - просто посмотреть, ничего плохого. "Все умывается ясный сокол", поди ж ты.)
И тут, бросив взгляд в панорамное зеркало, я обнаружила, что из подперевшей меня сзади "восьмерки" какой-то пожилой мужик таскает коробки. Я почти пинком открыла дверь и вылетела наружу. Я думаю, что фурия (или там гарпия), уидев меня, удавились бы от зависти. Мужик открыл рот и, судя по выражению лица, перешел в глухую оборону.
Я хочу пояснить еще раз. Я в таком состоянии неадекватна. Моя жизнь, безопасность и речь полностью зависят от автопилота. И автопилот открыл рот и моим голосом мягко, хотя и с напором, без малейшей иронии произнес:
- Я буду вам безмерно признательна, если вы немного подвинетесь.
Мужик на мгновение впал в ступор (признаться, та моя часть, что еще способна была оценивать реальность и не являлась при этом автопилотом, сидела на полу, раскрыв рот). Секунду его лицо выражало сложную внутреннюю борьбу. После чего он, блеснув очками, повернул ко мне седую голову, учтиво ее наклонил и хрипловатым басом выговорил:
- Я с ОГРОМНЫМ удовольствием это сделаю.
Занавес.
Выскочила я тут третьего дня с работы. Охарактеризовать общее состояние словом "устала" можно было примерно с тем же успехом, с каким определение "довольно большой" покрывает Гранд Каньон. Подошла к машине и... поняла, что меня "заперли". Хорошо так заперли.
Добавим деталь номер один: на улице сумерки, то есть время, в которое я, как и большинство близоруких людей, вижу посредственно, а с габаритами у меня и так не фонтан. Деталь номер два - три недели назад я растянула запястье левой руки, недолечила, теперь она орет благим матом при каждой попытке малейшего вращательного движения или нагрузки - а остаться практически с одной рукой за рулем заднеприводной "класиики", да еще и при необходимости маневрировать на месте - ой-ой-ой, словом. Кроме шуток, я едва не ревела - от боли, от невозможности уехать домой немедленно, от злости на то, что из-за какого-то паршивого невоспитанного мудака мне придется сейчас бросать машину и ехать домой так, с довольно увесистым ноутбуком в рюкзаке, а я не ела целый день, и долгожданный ужин, не говоря уж о возможности залезть под мышку любмому мужу, откладывается - едва не ревела и пыталась вывернуться. Похоже, безнадежно.
(Разучилась рассказывать без отступлений... ну черт с ним. Читала в каком-то журнале отчет об испытаниях корейской "КИА". Испытатель сетовал, что ее поставляют без гидроусилителя, и у него разболелись мышцы, пока он полчаса нарезал круги. Я, три года, повторюсь, водящая родную "классику" (а есть ведь женщины, которые"Ниву" водят, у меня во френдах минимум одна!), с изумлением считывала буковки и испытывала желание пойти посмотреть на испытателя - просто посмотреть, ничего плохого. "Все умывается ясный сокол", поди ж ты.)
И тут, бросив взгляд в панорамное зеркало, я обнаружила, что из подперевшей меня сзади "восьмерки" какой-то пожилой мужик таскает коробки. Я почти пинком открыла дверь и вылетела наружу. Я думаю, что фурия (или там гарпия), уидев меня, удавились бы от зависти. Мужик открыл рот и, судя по выражению лица, перешел в глухую оборону.
Я хочу пояснить еще раз. Я в таком состоянии неадекватна. Моя жизнь, безопасность и речь полностью зависят от автопилота. И автопилот открыл рот и моим голосом мягко, хотя и с напором, без малейшей иронии произнес:
- Я буду вам безмерно признательна, если вы немного подвинетесь.
Мужик на мгновение впал в ступор (признаться, та моя часть, что еще способна была оценивать реальность и не являлась при этом автопилотом, сидела на полу, раскрыв рот). Секунду его лицо выражало сложную внутреннюю борьбу. После чего он, блеснув очками, повернул ко мне седую голову, учтиво ее наклонил и хрипловатым басом выговорил:
- Я с ОГРОМНЫМ удовольствием это сделаю.
Занавес.