(no subject)
Feb. 25th, 2014 06:14 pmВ разговоре в фейсбуке у tosainu помянули возможность писать на зеркале мылом, и вспомнилось тут же:
Много лет подряд все наше многочисленное семейство - семь человек
детей при одной ванной комнате - пользовалось немного липким, но очень
удобным способом общения - писать друг другу на зеркале аптечки мокрым
обмылком. Обычно в нашей переписке содержались весьма выразительные
поучения, а иногда и неприкрытые угрозы: "Бу-Бу, после ванны не смей
швырять мочалку на пол. Целую. Симор". "Уолт, твоя очередь гулять с Зю и
Фр. Я гулял вчера. Угадай - кто". "В среду - годовщина и свадьбы. Не ходи
в кино, не торчи в студии после передачи, не нарвись на штраф. Бадди, это
относится и к тебе". "Мама жаловалась, что Зуи чуть не съел все
слабительное. Не оставляй всякие вредности на раковине, он может
дотянуться и все съесть".
Это примеры из нашего детства, но и много позже, когда мы с Симором,
во имя независимости, что ли, отпочковались и наняли отдельную квартиру,
мы с ним только номинально отреклись от старых семейных обычаев. Я хочу
сказать, что обмылков мы не выбрасывали.
Когда я забрался в ванную с дневником Симора под мышкой и тщательно
запер за собой двери, я тут же увидал послание на зеркале. Но почерк был
не Симора, это явно писала моя сестрица Бу-Бу. А почерк у нее был страшно
мелкий, едва разборчивый, все равно - писала она обмылком или чем-нибудь
еще. И тут она ухитрилась уместить на зеркале целое послание: "Выше
стропила, плотники! Входит жених, подобный Арею, выше самых высоких мужей.
Привет. Некто Сафо, бывший сценарист киностудии "Элизиум". Будь счастлив,
счастлив, счастлив со свое красавицей Мюриель. Это приказ. По рангу я всех
вас выше".
Просто для красоты.
Можно на этот один абзац притвориться, что не знаешь, что "Рыбка-Бананка" уже написана. Как только вернешься к коктейлям, забыть больше не получается.
Много лет подряд все наше многочисленное семейство - семь человек
детей при одной ванной комнате - пользовалось немного липким, но очень
удобным способом общения - писать друг другу на зеркале аптечки мокрым
обмылком. Обычно в нашей переписке содержались весьма выразительные
поучения, а иногда и неприкрытые угрозы: "Бу-Бу, после ванны не смей
швырять мочалку на пол. Целую. Симор". "Уолт, твоя очередь гулять с Зю и
Фр. Я гулял вчера. Угадай - кто". "В среду - годовщина и свадьбы. Не ходи
в кино, не торчи в студии после передачи, не нарвись на штраф. Бадди, это
относится и к тебе". "Мама жаловалась, что Зуи чуть не съел все
слабительное. Не оставляй всякие вредности на раковине, он может
дотянуться и все съесть".
Это примеры из нашего детства, но и много позже, когда мы с Симором,
во имя независимости, что ли, отпочковались и наняли отдельную квартиру,
мы с ним только номинально отреклись от старых семейных обычаев. Я хочу
сказать, что обмылков мы не выбрасывали.
Когда я забрался в ванную с дневником Симора под мышкой и тщательно
запер за собой двери, я тут же увидал послание на зеркале. Но почерк был
не Симора, это явно писала моя сестрица Бу-Бу. А почерк у нее был страшно
мелкий, едва разборчивый, все равно - писала она обмылком или чем-нибудь
еще. И тут она ухитрилась уместить на зеркале целое послание: "Выше
стропила, плотники! Входит жених, подобный Арею, выше самых высоких мужей.
Привет. Некто Сафо, бывший сценарист киностудии "Элизиум". Будь счастлив,
счастлив, счастлив со свое красавицей Мюриель. Это приказ. По рангу я всех
вас выше".
Просто для красоты.
Можно на этот один абзац притвориться, что не знаешь, что "Рыбка-Бананка" уже написана. Как только вернешься к коктейлям, забыть больше не получается.