Sapienti sat

Много лет - или немного? - назад я сказала:
- Имена меняются, и мы меняемся вместе с ними.
Откуда бы мне-то это знать? Мои имена не меняются уже много лет, хоть и перестали обтирать языки всем присутствующим и знакомым, слава богу. Годы и годы, вечность я вижу Дом, я слышу Дом, я ухожу туда каждый день, каждый час, когда вижу то, что приходит ко мне нежданно. Так откуда бы мне знать? А поди ж ты.
И вот я смотрю в то окошко, которое ты сочтешь нужным приоткрыть, и вижу - как я права. Меня не радует и не огорчает моя правота, я улыбаюсь тебе - я уже давно улыбаюсь тебе, несмотря на изредка - все еще, столько лет! уже 14? - тянущую боль в сердце; но я бы не отказалась от этой боли, это соль и сладость жизни моей. Я знаю о том, что твое имя изменилось. Я давно знаю об этом, и изменения в тебе - для меня тоже не секрет. И много лет - всегда - я знаю, что с нового шага ты переписываешь жизнь с нового листа, совсем с нового, чистого, незамаранного совсем. Возникает новая плоскость, ты никогда не останешься в той же, в которой уже приходилось бывать, и все же - в любой плоскости, в любом надцатом измерении - ты по-прежнему остаешься собой, тебя легко узнать, я улыбаюсь, узнавая.
И в этой - новой, нынешней - жизни меня нет. И за жизнь до этой меня уже не было. А вот две или три жизни назад - там была (или тогда был?) я. И Стрейнджер. И юность наша бесконечная. как мир. И были небо и хлеб, поделенные на всех, хоть и так недолго. Но это была другая жизнь. И на самом деле ее не было совсем. Правда ведь? И книги с нашими именами давно зарыты в пыль в самом дальнем углу чердака.
Если бы хоть немного этой нежности, мучающей меня, я могла бы отдать тебе! Если бы можно было рассказать тебе, какое это счастье - носить в себе память, любовь и благодарность!
И я вздыхаю, и вдыхаю солнце в моей листве, и шум моря у подножья моих террас, и синь моего неба. Я меняюсь вместе со своими именами, поэтому я помню все. И это счастье.
Как жаль, что нас больше нет. Как хорошо, что мы были. Я помню. Я люблю.

Sapienti sat

Много лет - или немного? - назад я сказала:
- Имена меняются, и мы меняемся вместе с ними.
Откуда бы мне-то это знать? Мои имена не меняются уже много лет, хоть и перестали обтирать языки всем присутствующим и знакомым, слава богу. Годы и годы, вечность я вижу Дом, я слышу Дом, я ухожу туда каждый день, каждый час, когда вижу то, что приходит ко мне нежданно. Так откуда бы мне знать? А поди ж ты.
И вот я смотрю в то окошко, которое ты сочтешь нужным приоткрыть, и вижу - как я права. Меня не радует и не огорчает моя правота, я улыбаюсь тебе - я уже давно улыбаюсь тебе, несмотря на изредка - все еще, столько лет! уже 14? - тянущую боль в сердце; но я бы не отказалась от этой боли, это соль и сладость жизни моей. Я знаю о том, что твое имя изменилось. Я давно знаю об этом, и изменения в тебе - для меня тоже не секрет. И много лет - всегда - я знаю, что с нового шага ты переписываешь жизнь с нового листа, совсем с нового, чистого, незамаранного совсем. Возникает новая плоскость, ты никогда не останешься в той же, в которой уже приходилось бывать, и все же - в любой плоскости, в любом надцатом измерении - ты по-прежнему остаешься собой, тебя легко узнать, я улыбаюсь, узнавая.
И в этой - новой, нынешней - жизни меня нет. И за жизнь до этой меня уже не было. А вот две или три жизни назад - там была (или тогда был?) я. И Стрейнджер. И юность наша бесконечная. как мир. И были небо и хлеб, поделенные на всех, хоть и так недолго. Но это была другая жизнь. И на самом деле ее не было совсем. Правда ведь? И книги с нашими именами давно зарыты в пыль в самом дальнем углу чердака.
Если бы хоть немного этой нежности, мучающей меня, я могла бы отдать тебе! Если бы можно было рассказать тебе, какое это счастье - носить в себе память, любовь и благодарность!
И я вздыхаю, и вдыхаю солнце в моей листве, и шум моря у подножья моих террас, и синь моего неба. Я меняюсь вместе со своими именами, поэтому я помню все. И это счастье.
Как жаль, что нас больше нет. Как хорошо, что мы были. Я помню. Я люблю.