От топота копыт...
Nov. 1st, 2012 11:16 pm![[personal profile]](https://www.dreamwidth.org/img/silk/identity/user.png){kind=small}
redtigraСвятой Мартин вперся на своем белом коне когда не звали - на две недели раньше самого раннего срока. Потому два дня газоны были засыпаны хрусткой крупой - в октябре-то! В Праге! Словно сперли осень и после сентября аккурат всунули декабрь - вот вам веночки, вот вам и снег, мир на земле и что там по смете.
Потом этот пенопласт растаял. Что породило во-первых, дикую влажность и туман, хуже Питера; а во-вторых, дикую же грязь - не в самой Праге, конечно, а у нас в манеже. Выше щиколоток густое хлебово (по-чешски грязь именуется "блат"), лужи, тьма, рыжие фонари, на площадке в этой грязи работают лошади и всадники.
- Давай попробуем галоп, - сказала Минка неуверенно после рыси. - Скользко очень, ну попробуем. Давай недалеко, в той части все вообще в кашу, тут туда-сюда. Давай, на короткий повод, чтоб не прыгал, и вперед. Если начнет скользить - останавливайся и в рысь, не будем мучать коника.
К моему удивлению, однако, Митя с легкостью поднялся и помчался так, что почти не нуждался в досыле. В ржавом свете прожекторов, под сине-черным звездатым небом мчались мы, с влажным топотом впечатывая копыта в землю, оставляя за собой веер брызг, стеля лошадиный хвост по воздуху.
(Езда в таких условиях коню и всаднику - очень так себе дело, а вот со стороны смотрится абзац кинематографично).
Тудух. Тудух. Тудух. Плечи держим, руки не задираем, дышим. О, Минка что-то кричит, хвалит, поди - хороший галоп нынче, ровный, твердый, как не по грязи. И опять кричит, надо подъехать-спросить. К излету второго круга мы перешли на рысь, затем на шаг и парадно встали перед Миной, готовые выслушать заслуженную похвалу.
- Не езди тут! - пролился на меня тренерский елей. - Заворачивай раньше! Из-под копыт летит, как из-под трактора, мы тут по уши уже!
Нехорошо получилось.
Похвал мы, впрочем, вполне себе удостоились, потому что галоп был и вправду хороший. Митя был обчесан, обглажен и назван "шикулкой" (от слова "шиковный", примерно "молодчина", только ласковей).
Но вот этого бы Мартина на егоном белом коне и на нашу площадку! И пусть оттирает потом свою животину соломой, а то кто поверит, что конь белый...
Потом этот пенопласт растаял. Что породило во-первых, дикую влажность и туман, хуже Питера; а во-вторых, дикую же грязь - не в самой Праге, конечно, а у нас в манеже. Выше щиколоток густое хлебово (по-чешски грязь именуется "блат"), лужи, тьма, рыжие фонари, на площадке в этой грязи работают лошади и всадники.
- Давай попробуем галоп, - сказала Минка неуверенно после рыси. - Скользко очень, ну попробуем. Давай недалеко, в той части все вообще в кашу, тут туда-сюда. Давай, на короткий повод, чтоб не прыгал, и вперед. Если начнет скользить - останавливайся и в рысь, не будем мучать коника.
К моему удивлению, однако, Митя с легкостью поднялся и помчался так, что почти не нуждался в досыле. В ржавом свете прожекторов, под сине-черным звездатым небом мчались мы, с влажным топотом впечатывая копыта в землю, оставляя за собой веер брызг, стеля лошадиный хвост по воздуху.
(Езда в таких условиях коню и всаднику - очень так себе дело, а вот со стороны смотрится абзац кинематографично).
Тудух. Тудух. Тудух. Плечи держим, руки не задираем, дышим. О, Минка что-то кричит, хвалит, поди - хороший галоп нынче, ровный, твердый, как не по грязи. И опять кричит, надо подъехать-спросить. К излету второго круга мы перешли на рысь, затем на шаг и парадно встали перед Миной, готовые выслушать заслуженную похвалу.
- Не езди тут! - пролился на меня тренерский елей. - Заворачивай раньше! Из-под копыт летит, как из-под трактора, мы тут по уши уже!
Нехорошо получилось.
Похвал мы, впрочем, вполне себе удостоились, потому что галоп был и вправду хороший. Митя был обчесан, обглажен и назван "шикулкой" (от слова "шиковный", примерно "молодчина", только ласковей).
Но вот этого бы Мартина на егоном белом коне и на нашу площадку! И пусть оттирает потом свою животину соломой, а то кто поверит, что конь белый...
